Режиссер Едзи Ямада - далеко не новичок в кино: он из "послевоенного поколения" японских режиссеров, которые всколыхнули своими работами как японский, так и мировой кинематограф, переосмысливая, после жестокой ломки поражения в войне, судьбу Японии, японцев, культуру, истоки и пути, приведшие страну к катастрофе.

Камера дрожит в руках оператора, облетает по кругу маленький пятачок улицы, чутко реагируя на все: агентов в машине, жующих гамбургеры, налетчиков, выглядывающих в окно, прохожих, идущих по улице, проезжающие полицейские машины. Через несколько секунд камера заметается как птица, пытаясь поймать в расплывающемся фокусе короткое убийство, перестрелку, погоню. В фильме Джонни То "Горячие новости" именно камеры - главное действующее лицо.

Помнится, как-то раз автору уже удалось посетовать в нашем журнале на редкостную ущербность коммерческого японского кинематографа. Ну, как-то складывается впечатление, что тамошние кинорежиссеры прикладывают все усилия, чтобы оправдать свое определение из книги Бориса Иванова "Введение в японскую анимацию". Напомню тем, кто еще ее не читал, что, по мнению г-на Иванова, все стоящие режиссеры в Японии снимают аниме, а в кино идут лишь лузеры, прошедшие курсы кинематографического искусства не иначе, как у широко известного в узких кругах горе-экранизатора Уве Болла.

Какие образы всплывают в мозгу у человека, насмотревшегося американских боевиков класса «Б» про борьбу хороших с плохими, при слове «триады»? Либо ослепительный Дакаскос, либо зловещий Такава, хотя последний в основном специализировался на плохих якудза, но один черт. Что еще? «Банг! Банг!», сверкание ножей, жестокие улыбки, цветные татуировки, страшные речи, «триады были созданы для борьбы с иноземными захватчиками еще в 17 веке», в общем – сплошная криминальная романтика.