- Кувалда, это Волшебный круг, - пробиваясь сквозь стрекот вертолетных винтов, проскрипел в наушниках у Халленберри голос наземного оператора. – "Один" доставлен в расчетную точку, все системы в норме. Ждем прибытия груза.
- Вас понял, - Халленберри заложил вираж на правый борт. – У нас все чисто. График движения выполняется. Папа Медведь ведет Гремящее железо?
- Двадцать километров до точки Чарли. Выдвигайтесь им навстречу, арбитрам может не понравиться, если Папа Медведь будет кружить рядом с Браво.
Халленберри снял бандану и вытер лоб. Становилось душновато. Он мысленно пообещал техникам, отправлявшим его сегодня на дежурство, забить по ведущему валу в задницы, чтобы в следующий раз лучше следили за климатической установкой. Здесь им, мать его, не Вьетнам, чтобы париться в кабине последней модели "ирокеза" как в жестяной посудине прошлого века.
Внизу проползали колонны мобильных электрогенераторов, стройными рядами занимавшие позиции за батареями лазеров и акустических установок. Беспорядочно сновавшие между ними техники с высоты полета походили на сбитых с толку муравьев, которым в муравейник ткнули палку. Время от времени через ряды генераторов проносились покрашенные в черный "хамви" с торчащими удилищами антенн, а посреди наспех вырубленной посреди леса посадочной площадки рубил воздух лопастями тяжелый двухмоторный "чинук" штабистов.
- Суетятся, - протянул Круз, второй пилот, вытянув шею к боковому стеклу.
На шее у Круза появилась новая татуировка в виде скалящегося Эдди в форме пилота британских ВВС. Точно такой же рисунок, подписанный "Aces High" красовался на спине его усыпанной заклепками потертой косухи. Несмотря на то, что Круз уже не первый год летал на машинах Свободного Штатат Флорида, болел он всегда, почему-то, за англичан. К счастью, британцы находились на другом конце земного шара и после Фолклендов до прямых конфликтов с ними на памяти Халленберри никогда не доходило. Так что пока Крузу его явные пробританские настроения сходили с рук.
- Будешь тут суетиться, - Халленберри сверился с показаниями навигационной системы. – Техасцы еще с утра заняли позиции. К тому же они от городской энергосистемы запитаны, рассчитывать на отказ их титана как в двенадцатом году не приходится…
Тень от вертолета пересекла дорогу. В клубах пыли по ней катилась колонна рефрижераторов с охладительными элементами для системы накачки газовых лазеров. Халленберри прикинул, сколько таких колонн он видел сегодня, пока кружил над позициями Свободного Штата Флориды. Выходило, что им придали не меньше сотни автономных единиц. Он развернул вертолет – за границами поля электрогенераторов воздух колебался как в жару над асфальтом. Лазеры скрывались маскировочным полем, их доставляли ночью вместе с сотнями ложных целей, чтобы сбить с толку разведку техасцев. И лишь громоздящиеся как горы акустические установки, укрытые от непогоды колыхавшимися на ветру безразмерными серыми тентами, никто не прятал. С ними Штат Одинокой Звезды ждал большой сюрприз – кто-то из яйцеголовых в Майами как следует напрягся, чтобы запихнуть в стандартные габариты установок в полтора раза более мощное оборудование. Из-за секретности их еще даже ни разу не испытывали в полевых условиях, только на закрытом подземном полигоне в столице.
На навигаторе Халленберри появился сигнал от Гремящего железа и Папы Медведя. Конвой и "геркулес" шли ровно встречным курсом. Справа и слева от машины Халленберри мигали еще три значка "ирокезов", шедших выше. Их скрывала низкая облачность.
- Глянь-ка, Халленберри, - Круз толкнул локтем напарника. – А вот и арбитры пожаловали!
Халленберри повернулся. Да уж, было на что посмотреть. Из облаков на бурую землю пролился поток света. Корабль арбитров, "Нова экспресс", казалось, опускался на сияющем столбе прямо на позиции соперников. Выпендрежники эти арбитры были страшные – никакой, на хрен, свет им не нужен был, да и не излучал их корабль вообще ничего. Просто арбитрам нравилось производить впечатление. И, что характерно, именно это им удавалось – уж чем они там у себя, на своей Альфе Центавра или еще где (Халленберри никогда не задумывался, откуда на их голову принесло арбитров) не занимались, а на Земле четырехрукие появились с большой помпой.
Корабль арбитров снизился до высоты полета "ирокеза" Халленберри и прекратил иллюминацию. Теперь "Нова экспресс" можно было разглядеть во всех деталях. Он походил на несколько положенных друг на друга разного размера дисков от гигантской детской пирамидки. Еще из него торчала масса всяких непонятных штуковин, а поскольку никого из земных яйцеголовых четырехрукие на борт не пускали, оставалось только гадать – нужны ли эти хреновины на самом деле или это очередной выпендреж. Хозяева корабля редко кого к себе приглашали, но однажды на "Нова Экспрессе" побывал брат Халленберри, Айк, игравший в "Uranian Heavy Metal People" - арбитры просто перлись от их музыки. Но сколько потом сам Халленбери до брата не допытывался, тот только и мог вспомнить, что сначала они отлабали перед арбитрами офигенную программу, а дальше так с ними набухались, что Айк даже не помнит, как домой попал.
Хотя, с другой стороны, о чем таком мог рассказать Айк с его тремя классами образования? Да начни ему арбитры сами все объяснять и показывать, он забыл бы об этом через пять минут – в башке у Айка помещались только мысли о бабах, выпивке и его драгоценной гитаре, на которой играл еще сам старик Эдди Кларк. А вот на что бы Халленберри с удовольствием взглянул бы, так это на рожи всех политиканов, когда посудина арбитров впервые объявилась над какой-то задприпанной африканской страной, названия которой и не все ее соседи-то знали…
- Кувалда, это Гремящее железо! – в наушниках Халленберри ворвался истеричных крик. – Мы попали в засаду, тут с полсотни техасцев на мотоциклах и какие-то гребаные бульдозеры!
- Папа Медведь, как меня слышишь? – Халленберри переключил частоту, знаками показывая Крузу взять управление на себя. – Гремящее железо накрыли…
- Слышу тебя хорошо, - отозвался пилот "геркулеса". – Начал набор высоты для ухода на свой аэродром. Мне чтоб развернуться нужно минут десять, так что пока все оставляю на вас.
- Гремящее железо, это Кувалда, идем к вам! – Халленберри вышел на общую частоту. – Господа пилоты, это ваш любимый ведущий Халленберри, Гремящее железо попало в засаду, Папа Медведь будет только через десять минут. Всем снизиться и прикрыть груз!
Халленберри обернулся назад.
- Крючья готовьте! – заорал он сидящим за пилотскими креслами операторам. – Штат Одинокой Звезды выгнал бульдозеры!
Круз послал и без того едва не задевавший вершины деревьев вертолет вниз. Вслед за ним из-под облаков роем рассерженных пчел повысыпали ведомые Халленбери – три "ирокеза", черные борта которых украшали аэрографии с несущимися на мотоциклах ДиМайо, Адамсом и Коламбусом.
- Йи-хааа!- заорал Круз и врубил на всю катушку прикрученные под приборной доской колонки. Кокпит наполнил грохот гитар из "Return Of The Warlords".
Вот же ж мать твою так, пронеслось в голову у Халленберри, глядя как "ирокезы" скользят над верхушками деревьев, он бы еще "Полет валькирий" Вагнера врубил! Халленберри видел эту сцену в одном из старых фильмов у своей подружки, и она надолго запала ему в память...
Арбитры прибыли на Землю одним ничем не примечательным сентябрьским днем 1988 года и без обиняков заявили, что все, хаба-хаба - Великий Вселенский Разум, или еще там кто, снизошел до землян и ему решительно не нравится, как у них происходит дележ территорий, нефти и коров, и теперь все будет по другому. А когда вся политическая шобла планеты решила опробовать после этого заявления на "Нова экспрессе" половину ядерного арсенала, то изрядно повеселила четырехруких – ни одна гребаная ракета не взлетела, а напичканные последними достижениями научной мысли военные спутники и ВТО палили куда угодно, но только не по болтающемуся над Африкой блину арбитров. Вот потехи-то было…
С тех пор прошло три десятка лет, к арбитрам все привыкли, а их визиты на Землю давно не вызывали никакого ажиотажа. За исключением, конечно, таких дней, как сегодня.
Джонни Туроку прибытие корабля арбитров к Детройту было видно лучше, чем кому либо. Турок стоял на самой вершине леса из ферм, удерживавших "Одина", и в ушах у него гремела "Blood Of Tyrants". Внизу копошились его подчиненные - добрая сотня техников, обследовавшая сканерами каждый миллиметр композитного покрытия робота, каждую его заклепку. За каждый выявленный дефект полагалась нехилая премия, за пропущенный – долгосрочное промывание мозгов всей бригаде, обслуживающей титана. Свободный Штат Флорида за последний год продул три встречи подряд, и за Детройт Большой Брат мог и заслать куда-нибудь на гидропонные оранжереи на недавно захваченной Аляске.
С прибытием арбитров со стороны Штата Одинокой Звезды наметилось какое-то движение. Турок снял наушники и потянулся за биноклем. На место схватки выдвигался тридцатиметровый "Бесстрашный", сегодняшний противник "Одина". Робот уверенно вышагивал по усеивающим поле ямам – техасцы прекрасно поработала над опорно-двигательной системой, да и пилоты у них были не лыком шиты. Бочкообразная грудная клетка титана уравновешивалась длинными как у шимпанзе руками с кажущимися отсюда тонкими пальцами. Раскрашенный в цвета Техаса, "Бесстрашный" действительно производил впечатление - особенно украшавшими его корпус шипами и нанесенным на голову рисунком черепа с высунутым ярко-красным языком. За титаном волочился метровой толщины кабель, разматывающийся с установленной на позициях техасцев катушки, соединенной с десятиметровыми кубами выпрямителей тока. Вслед за титаном тянулась стая нагруженных под завязку тяжелых транспортников, а над его головой описывали круги два двести шестых "белла" - не иначе как местные телевизионщики снимают своего героя. Ну это ненадолго, хмыкнул Турок, оторвавшись от окуляров. Он дал указание выкрасить "Одина" в черный цвет и не выделываться попусту. Нечего настоящему титану походить на китайского пластмассового трансформера. Уже скоро с этих вертолетов будут снимать именно как "Один" войдет на улицы Детройта. В этом Турок не сомневался.
Сопровождающая "Бесстрашного" группа, оставляя за собой змеящиеся пучки кабелей, буксировалась тягачами. Наверняка в Детройте сейчас от сети отключено все, что только можно, а его обитатели следят за полем через карманные телевизоры на батарейках. Как-никак, а от того, что передают камеры с корабля арбитров, зависело кто завтра будет заседать в здании мэрии.
Позиция арбитров сперва бесила многих. Как какое-то Галактическое Сообщество, которое и в глаза-то ни один из землян не видывал, будет решать все споры голосованием?! Да еще по результатам таких идиотских поединков? А как же тонны ядерного оружия, толпы хорошо обученных солдат, роботизированные самолеты – это что теперь, все на свалку истории? Впрочем, возмущаться этим можно было сколько угодно, но пока "Нова Экспресс" болтался на орбите Земли, у военных не стреляла ни одна пушка. Куда им было деваться? Они приняли правила игры, навязанные арбитрами.
А еще Джонни Турок точно знал, что за исключением кучки отморозков, все остальные вскоре вздохнули с облегчением. Да подавитесь вы своей нефтью, ураном и неугодным политиканом у власти, лишь бы по моему дому не лупили MLRS, а улицы не перепахивали вакуумные бомбы! К тому же еще и зрелище доставалось бесплатное – ну разве до арбитров можно было где-нибудь увидеть, как сходятся лицом к лицу два огромных человекоподобных робота? Арбитры накрывали место их встречи каким-то ни черта не пропускающим куполом, снижая до нуля шансы гражданских пострадать, пока решается их судьба.
Штат Одинокой Звезды между тем разворачивался по полной. В небо ударили первые вспышки – началась проба работы лазеров, по полю прополз заметный даже при дневном свете луч прожектора. Мгновение спустя с позиций техасцев потянуло густым дымом и прогремело несколько взрывов. В ответ на это корабль арбитров испустил предупреждающий рев сирены, от которого, не будь Турок в наушниках, он надолго бы лишился слуха. Арбитры пока только предупреждали, но испытывать их терпение не стоило – пять лет назад они просто отключили всю технику у Монреальского Союза, когда тот решил опробовать на сопернике генератор искажения частот.
Дым рассеялся в считанные секунды и теперь со стороны техасцев доносились только приглушенные звуки "Noble Savage".
Турок сжал кулаки и взглянул на часы. До времени, назначенного арбитрами, оставалось меньше двух часов, а основной инструмент для "Одина" еще не прибыл. Где это долбанный конвой и их хваленая BFG-9000? Еще немного поволынят – и пипец операции "Гремящее железо" – за арбитрами не заржавеет принять решение по невыходу на поле одной из сторон. А какой смысл туда соваться с голой жопой?
Над головой "Одина" прострекотал вертолет. Турок задрал голову – на запад уходила группа из четырех "ирокезов". Судя по скорости, с которой они скрылись за лесом, по дороге к Детройту происходило что-то серьезное. Сообразив, что именно оттуда должен прийти конвой, Турок тихо выругался и треснул кулаком по ферме. Та отозвалась глухим звоном, но Турка не успокоила.
Однако делать было нечего, оставалось только ждать. Он еще раз выругался и уселся на плечо "Одина". В наушниках по-прежнему гремел Exciter.
Подперли конвой грамотно. Усиленный восьмитонный "драконовоз" HEMTT остановить может разве что прямое попадание ядерной бомбы – до недавнего времени на нем возили баллистические ракеты. Но ядерная бомба "драконовозу", при наличии рядом "Нова экспресса", не грозила, а вот грамотно запереть дорогу бульдозером, который тягач с грузом на прицепе с нее не сдвинет, техасцы догадались. А дальше – дело техники. Как только "драконовоз" встанет, с кружащих вокруг него мотоциклов посыпятся вооруженные цепями и утыканными гвоздями битами пацаны, и все – кранты укрытому брезентом грузу. Брезент уже сейчас полоскался по ветру там, где нападающие задели его мачете на длинных древках, открывая выгравированную на округлом полиамид-карбоновому боку груза надпись BFG-9000.
Пока что Рик Браво ухитрялся не сильно снижать скорость "драконовоза" - кружащие над дорогой "ирокезы" постоянно грозили зацепить два шестиколесных "катерпиллара" техасцев свисающими на стальных тросах крючьями и стащить с дороги. Но как назло поднялся сильный ветер, и крючья начало относить в сторону.
В борт "драконовоза" что-то глухо стукнуло. Рик бросил взгляд в зеркало заднего вида и лицо его прочертила злобная ухмылка – по дороге кувыркался техасский мотоцикл, водитель которого распластался в дорожной пыли. Но еще с десяток его собратьев маячили перед носом тягача, норовя попасться под колеса. Один из "катерпилларов", рыская из стороны в сторону, пер по дороге, развернувшись отвалом к машине Браво. Стоило ему попытаться развернуться боком и заблокировать дорогу, как по кабине застучали спущенные с "ирокезов" крючья. Пара техасцев в куртках с бахромой отбивали их баграми и даже из "драконовоза" было видно, что матерятся они при этом со страшной силой.
Вот так вот, подумал Рик Браво, хоть арбитры и отобрали у нас ядерные бомбы и автоматы, а человека не переделаешь. Хоть палками, хоть цепями, да хоть кулаками, а все равно найдут как морду друг другу набить. Рик вспомнил, как в детстве он читал книжку с рассказами одного чудака - так вот там спорили два военных. Один хотел избавить мир от оружия, а другой говорил, что даже если не отобрать у людей его все, они соберутся толпой и перебьют друг друга просто силой своей ненависти.
"Драконовоз" вильнул, обходя неудачно развернувшийся бульдозер. Отвал "катерпиллара" со скрежетом прошелся по борту тягача.
Вообще арбитры лично Рику нравились. Прикольные чуваки. Такие с длинным хаером, все в цепях и в коже (арбитров в скафандрах или еще какой-то такой мути никто никогда и не видел), на каждой клешне – а их у них все по две пары будет – по паре напульсников с заклепками. Если бы не четыре руки, не отличишь от пацанов, с которыми Рик бегал на концерты Manowar.
По мнению Рика, Земле еще повезло, что к ним прислали четырехруких, фанатеющих от хэви. Могли ведь и каких-нибудь любителей бега трусцой прислать в качестве миротворцев, мать их. А так арбитры ничего были. Иногда они сами брали в руки гитары и играли – и как они играли! Во все свои четыре руки каждый! Эти съемки частенько всплывали в Интернете на всяких Youtube и иже с ним. Поговаривали еще, что арбитры часто шарились в сети, маскируясь под землян. Рик и сам подозревал в паре своих сетевых корешей четырехруких, но напрямую никогда об этом у них не спрашивал - официально-то им надо было имидж выдерживать. Но иногда они срывались, и тогда "Нова экспресс" гудел по неделе-другой. А уж что потом рассказывали телки, которых арбитры затаскивали на свое корыто в дни загулов... Натурально двуруким земным сосункам оставалось только нервно курить в сторонке.
Бульдозеры вновь попытались перекрыть дорогу "драконовозу" и на это раз им это удалось – крючья "ирокезов" бессильно проскребли по железу крыш и благополучно сорвались. Долго они, конечно, не простоят, подцепить неподвижный бульдозер куда легче виляющего по дороге, но Рик вынужден был нажать на тормоз. А техасцам разобраться с грузом – дело двух минут...
- Ну что, пацаны, - Браво развернулся к вцепившимся в поручни над головой сопровождающим, - Щас люк открываю и дуйте на прицеп, отбиваться от техасцев. Иначе угробят груз.
Морды качков, которых придал на "драконовоз" Волшебный Круг, расцвели ухмылками. Огреть кого-нибудь цепью по черепу они всегда были не против. Стоило люку с шипением распахнуться, как они поломились наружу с радостными воплями.
- Только, смотрите, сами груз не заденьте! – крикнул Рик. – Штабисты мне глаз на жопу натянут, если хоть царапину оставите!
Как только подкованные железом ботинки последнего качка грохнули по броне "драконовоза", Рик запер люк и уставился в лобовое стекло. "Ирокезы" сделали еще заход на бульдозеры, но техасцы отбили крючья.
Рик выругался и сплюнул.
И тут техасцы вдруг засуетились, бросившись врассыпную. Дорогу накрыла огромная тень, а стекла "драконовоза" противно, до зубной боли, задребезжали. Мгновение спустя кабину тягача наполнил ровный гул и внутри все затряслось как при землетрясении.
Когда у тебя над головой пролетает тридцатитонный четырехмоторник Локхид С-130, также известный как "геркулес", можно подумать, что наступил конец света. Особенно если он идет на высоте бреющего полета, едва не состригая винтами верхушки деревьев. И особенно, если грузовой пандус у него опущен почти до самой земли и с него один за другим скатываются на дорогу мотоциклы с гордо полощущимися на штандартах флагами Свободного Штата Флориды.
- Спасибо, Папа Медведь! – заорал в микрофон Рик, дергая рычаг передачи.
- Удачи, Гремящее железо! – донеслось в ответ сквозь рев двигателей.
Устроив настоящий ураган, "геркулес" скрылся в облаках, но гул его винтов еще несколько минут доносился до места схватки. Стоило поднятой самолетом пыли улечься, как "катерпиллары" оказались облеплены ребятами в глухих черных шлемах и косухах с нашитыми кевларовыми пластинами. Размотав с локтей новехонькие блестящие цепи, они махом избавили бульдозеры от водителей. Остальные флоридцы на мотоциклах уже гнали по дороге остатки байкеров Штата Одинокой Звезды.
"Катерпиллары" задымили и скатились с дороги в кюветы. Под радостное улюлюканье десанта, сопровождаемый лесом вскинутых рук с "козами", Рик стронул "драконовоз" и покатился к лагерю Флориды. Вслед за ним туда же пронеслась четверка "ирокезов".
В сумерках рев сирен "Нова экспресса" огласил укрытое защитным полем пространство. "Одина" освободили от ферм и теперь в свете прожекторов он сверках хромированными деталями так, что слепил даже через защитные очки. За спиной титана натужно гудели генераторы, подавая ток на тысячи синтетических мышц под карбидтитановой броней.
Команда поддержки выстроилась в два ряда, образовав проход прямо к лифту, поднимавшемуся к пилотской кабине "Одина".
Джоуи ДиМайо появился ровно за десять минут до срока, назначенного арбитрами. Сегодня вечером именно ему предстояло пилотировать "Одина". Под звуки "King Of Kings" он спустился из приземлившегося перед проходом из людей "ирокеза". Грудная клетка и левая рука ДиМайо были заменены на хромированные искусственные компоненты, биологическую правую руку расчертили серебряные нити нейроускорителей. Под гривой седых волос бежал обод контактов для управления "Одином", в глазах горели красные искры цифровых камер.
Встречающие, среди которых уже были Халленберри, Круз и Турок, вскинули над головами сжатые в кулаки правые руки в шипастых напульсниках. Дойдя до них, ДиМайо поднял над головой биологическую руку, перехватив ее сверкающей хромом искусственной.
- Я знаю, существует много людей, которые против нас, - заговорил он хриплым голосом, в котором отчетливо прорезались металлические ноты речевого синтезатора. - Но они могут пойти на хер, нажраться дерьма и сдохнуть! Свободный Штат Флорида здесь, чтобы показать всем, что Метал жив и будет жить!
ДиМайо повернулся в сторону корабля арбитров, задрал голову и заорал:
- Эй, вы, четырехрукие! Вы, бл...дь, меня слышите?! Мы порвем это гребаный Штат Гребаной Звезды на их собственный флаг!
В ответ "Нова экспресс" засиял, что твоя рождественская елка, и издал трубный рев, от которого зазвенели все стекла на технике. Камеры арбитров улавливали малейший звук, любые подробности под опущенным ими куполом и ничто не могло ускользнуть от их взгляда или слуха.
Команда Флориды разразилась восторженными воплями. В небо ударили снопы салютов из перемонтированных систем залпового огня и "King Of Kings" зазвучала еще громче. Под этот аккомпанемент ДиМайо проследовал к титану и поднялся в его кабину.
"Драконовоз" с Риком Браво за рулем вкатился в круг света вокруг "Одина". Подбежавшая команда техников в мгновение ока сорвала брезент с прицепа, представив взглядам флоридцев сияющую белизну и безупречные обводы изготовленного специально для "Одина" стратокастера. В свете прожекторов горела сталь накладок и металлокерамические верньеры. Настоящим святотатством смотрелась лишь оставленная мачете техасцев царапина на пластине с выгравированной надписью "Fender Stratocaster BFG-9000".
- Вот это я понимаю - настоящая Big Fuckin Guitar! – Халленберри хлопнул по плечу стоящего рядом Круза. – Штат Одинокой Звезды может сразу катиться к черту! Арбитры сегодня точно будут за нас.
Техники сноровисто подключили к стратокастеру кабеля с питанием и подвели крановые крепления. Через несколько секунд инструмент взмыл в воздух, и кран аккуратно перенес его в протянутые руки "Одина".
- И пусть только остальные галактические уроды не проголосуют за ДиМайо и "Одина"! – проорал Халленберри. - Мы им такой концерт устроим, что у них черепушки на хрен полопаются!
"Один" сделал первый шаг и земля под ногами флоридцев дрогнула. "Бесстрашный" Штата Одинокой Звезды со своей петушиной раскраской и шипами вдруг показался им страшно смешным. Даже легендарный гибсон расцветки "candy apple red" в его руках не внушал уважения.
Застыв в лучах прожекторов, "Один" вскинул правую руку. Купол тут же расчертили лучи сценических лазеров, нарисовавшие на его невидимых стенах призрачного двойника титана. Как только на гитару было подано питание, на ней появились голографические струны – дань масштабам инструмента, из-за которых невозможно было натянуть на ней настоящие, стальные. Тысячи процессоров внутри корпуса отслеживали движения пальцев титана, подавая соответствующие сигналы в мозг пилоту и на звукосниматели, и преобразовывали их в самый мощный и громкий звук на свете.
Обе стороны замерли в ожидании – на кого укажут арбитры?
В тишине прошла минута, другая и, наконец, фигура "Одина" окуталась призрачным пламенем. Начать состязание должен был Свободный Штат Флорида.
"Один" ударил по струнам стратокастера. С первыми же аккордами с акустики сорвало все тенты, взметнувшиеся над позициями Свободного Штата, и даже через десятки слоев звукоизолирующих материалов наушников, одетых на всех оставшихся под куполом людей, прорвалась волна риффов. Она прокатилась по их телам, вибрируя в мышцах и костях и, наконец, зазвучала на одной частоте с ударами сердец.
Шоу началось.