Нет наверное среди истинных любителей японской культуры такого человека, который не знал бы что такое танка или хокку, многие наверняка не раз их читали. И, тем не менее, я постараюсь, что бы каждый из вас нашел в данной статье что-нибудь новое и почерпнул из нее что-то полезное.

Японская поэтическая традиция является одной из самых развитых в мире и даже в настоящее время, время упадка интереса к ней в современном индустриальном обществе - она сохраняет первостепенное значение в японской культуре.
С точки зрения объекта изображения, большинство японских произведений относится к любви или природе. Что свидетельствует о влиянии на нее эстетики дзен буддизма, отвечавшего за самосознание личности. В дзен буддийском представлении о духовном, человек должен как бы сливаться с явлениями окружающего мира. При этом необходимо не только их понимание, но и очарование ими. Создание какого-либо произведения - это, прежде всего, озарение или просветление, наступающее как вследствие долгих и мучительных раздумий, так почти мгновенно, вслед внутреннему освобождению.

При первом знакомстве с японской литературой поражает несколько ее особенностей.
Во-первых, это ее краткость и отсутствие или же ослабленность сюжета. Это объясняется способом написания, при котором автор просто не пользуется черновиками, а произведение свое пишет в виде мимолетного "поэтического дыхания", которого не хватает на выстраивание объемных произведений. Иногда появлялись и объемные произведения, но сюжет в них казался рыхлым и полным многочисленными повторами. Последние можно было бы убрать при редактировании, но, как и черновиков, процедур редактирования традиционная японская поэтическая культура не допускала. Примерами могут служить всемирно известные "Записки у изголовья" (дзухитсу) Сэй-Сёнагон или "Записки от скуки" Кэнко Хоси, оба этих произведения можно найти в любой электронной библиотеке типа www.lib.ru
Во-вторых, можно отметить, что взгляд автора зачастую направлен не столько на необъятный внешний мир, как принято в произведениях западной поэзии, сколько в окружающее его пространство и внутрь самого себя. Древние японцы предпочитали описывать свои собственные переживания, нежели какие-то междоусобные войны.
В-третьих, интересно то, что в японских поэтических произведениях полностью отсутствует рифма, но большое значение придается их звуковой и ритмической организации. Этому правилу, кстати, придерживаются и современные композиторы. Думаю, многие из вас замечали, что рифмы в современных японских песнях, как и в стихах - нет.)

Теперь давайте познакомимся с самыми распространенными видами Японской поэзии. Начать следует с самого известного из них.

Танка - древнейший жанр японской поэзии, первые упоминания о котором появились в IIX веке. С японского, "танка" переводится, как "кроткая песня". Это нерифмованные пятистишья, состоящие из 31 слога (первая строка 5 слогов, вторая строка 7 слогов, третья - 5 слогов, четвертая - 7 и пятая 7). Танка выражает мимолетное настроение, она полна недоказанности, поэтического изящества, сложной ассоциативностью и игрой слов. Первоначально танка была предметом устного народного творчества, но, с течением времени, стала законодательницей литературной поэзии.

Одновременно с "короткой песней" в Японии существовала и "длинная песня" - "нагаута". Этот вид поэзии объединил в себе балладу, поэму, элегию [1] и оду. В нагаута свободно чередуются пяти- и семисложные стихи, образующие двенадцатислоговые звенья. В конце присоединяется добавочная строка из семи слогов. Для нагаута более позднего периода характерно наличие ханка (или каэси-ута) - своеобразного припева в виде примыкающего к нагаута танка, передающего основную мысль или главный эмоциональный акцент "длинной песни". Иногда это просто отклик на содержание нагаута, порой даже в виде ответа от другого лица.

(Гооомен… Нагаута очень древний жанр поэзии, его вытеснили еще в 8 веке. Сейчас я не могу найти его примеры, по-крайней мере в интернете.)

Постепенно, танка стала оттеснять нагаута. Почему же это произошло?
В древней Японии песни сочинялись по всякому поводу. Условия их существования сделали их поэзией экспромта, а это, в свою очередь, закрепило ведущую роль за танка, которая лучше всего отвечала задачам экспромта. (Краткость, как известно, сестра таланта) "длинные песни" сохранились главным образом в виде плачей и од.

С течением времени танка стала четко делиться на две строфы: трехстишие и двустишие. В XII веке появились стихи-цепи, состоящие из чередующихся трехстиший и двустиший. Эта форма получила название "ренга", то есть "нанизанные строфы". Ренга не имело тематического единства, но его мотивы и образы чаще всего были связанны с описанием природы, причем с обязательным указанием на время года. Ренга достигла наивысшего рассвета в пятнадцатом веке. К тому времени для нее уже были разработаны точные границы времен года и четко определены сезонность того или иного явления природы. Появились даже стандартные "сезонные слова", которые условно обозначали один и тот же сезон года и в стихотворениях, описывающих иное время года, уже не употреблялись. Первое трехстишье здесь стало называться "начальной строфой", то есть хокку. Часто хокку была лучшей строфой в составе ренги, и вскоре стали появляться отдельные сборники образцовых хокку. Трехстишья прочно утвердились в японской поэзии во второй половине семнадцатого века. На непревзойденную высоту поднял их великий поэт Мацуо Басё, создатель целой эстетической школы японской поэтики. Его стихи и ныне знает наизусть каждый культурный японец.

Некоторые жанры, как и хокку, появлялись, отделившись от своего первоначального произведения. Например, танка, связанные с преданиями, примечательны тем, что сопровождаются прозаическим текстом, поясняющим условия и причины их возникновений. Прозаический текст либо приводится в виде предисловия к песне, либо помещен после текста. В дальнейшем, такое обрамление танка привело к созданию средневекового песенно-повествовательного жара "ута моноготари". Этапами его развития, были песенные импровизации, рожденные какими-либо обстоятельствами, которые необходимо было тут же объяснить.

Еще один примечательный факт состоит в том, что искусство поэзии связано с искусством живописи. И действительно, танка или хокку нередко писались на сюжеты картин или же наоборот, вдохновляли художников. Зачастую они превращались в компонент картины в виде каллиграфически выполненной надписи на ней. Подобные картины рождались не только на холстах, но и украшали собой керамику. Такой жанр японского искусства называется э-ута. История э-ута восходит к эпохе Хэйан, когда специальный раздел "поэзия для живописи" был непременной частью всех поэтический аналогий. Позднее, в развитии жанра принимали участие такие великие мастера, как Хоннама Коецу и Огата Корин. Влияния их таланта определило путь э-ута на несколько веков вперед, а их произведения по праву относят к числу наиболее ярких достижений.

Главная роль в создании образа в жанре э-ута принадлежит именно поэзии. Обычно за основу берут хорошо известный танку или хокку, при этом наиболее важная часть стихотворения, либо ключевые слова - "киго", изображаются с помощью каллиграфии, а все остальное - средствами прикладного искусства. При этом то, что рисуется - не может быть написано, или наоборот - что написано, то не изображается. Впрочем, и здесь возможны исключения, главное следовать духу стихотворения, поскольку э-ута создается с целью продлить впечатление от поэзии.

Все это многообразие поэтических жанров не могло не привести к созданию такой книги, в которой бы собирались лучшие произведения. И она появилась (вернее они)! В VIII веке ею стала "Манъёсю" ("Собрание мириад листьев"). Манъёсю справедливо называют сокровищницей японской литературы. В 20 книгах памятника собрано 4516 песен. Ее содержание весьма разнообразно и не ограничено никакой специальной темой, как в некоторых последующих поэтических сборниках. В Манъёсю представлено более 500 авторов, от древних правителей, представителей придворной среды и известнейших поэтов, до обычных пограничных стражей и рыбаков. По тематике песни делятся на три основные группы: "кусагуса но ута" (разные песни) куда входят песни об охоте, странствиях, пирах, встречах, разлуках и т.д. Вторая - это "аикиои но ута" (песня любви или переклички) здесь песни должны исполнятся по очереди, мужскими и женскими хорами. И, наконец, последняя группа - "конасими но ута" (плачи) - песни печали по разным поводам.

Говоря о японской литературе, следует учесть, что поэзия не единственная ее часть, а сборники с хокку - не единственные книги.
О древнем периоде истории Японии можно узнать из хроник "Кодзики" ("Записи о делах древности", 620 год), "Фудоки" ("Записи обычаев и земель", 712 год) и "Нихонги" ("Японские записи", 720 год). Создатели этих произведений во многом основывались по-крайней мере на двух исторических сочинениях: "Тейки" ("Записи императоров") и "Кудзи" ("Древние повеления"). В хронике "Тейки" была изложена генеалогия императорского дома, а в "Кудзике" собраны мифы о богах, полулегендарных императорах, историзованные легенды и фольклорные песни. Обе этих книги были утрачены при пожаре.
"Кодзики", "Фудоки" и "Нихонги" являются не только источниками исторических сведений, но и позволяют представить картину верований и культов раннего, добуддийского [2] синтоизма. Кроме того, их важнейшей функцией было укрепление государственного строя, поэтому мифологическая часть эпоса должна была дополнять историческую. То есть, общей тенденцией этих литературных памятников является последовательный переход от богов к героям и земным правителям. В них устанавливается прямая наследственность власти японских императоров от богов, что позднее с политической целью широко использовалось официальной идеологией. Ко всему этому книги являются прекрасным образцом как поэзии, где песни органично водят в прозаический текст и связаны с ним по смыслу, так и отсутствием четкой метричной системы, характерной для классического японского стихосложения. К тому же им присущи фольклорные формы художественной выразительности и настоящей народной мудрости.

История средневековой японской литературы выразительно свидетельствует о том, как велика была сила эстетики, возникшая отчасти под влиянием конфуцианства, но на чисто японской жизненной основе. Хоть с того времени и прошло много времени, истинные ценности японской эстетики можно наблюдать и в современной японской литературе, о которой мне бы тоже хотелось сказать несколько слов…

Российские ученые сравнительно недавно взялись за изучение современной японской литературы, до этого их деятельность сосредотачивалась в основном на древней и средневековой. Связано это, конечно же, с многочисленными запретами в Советском Союзе, для которого многие талантливые современные писатели казались реакционными. Поэтому нынешнее поколение стремительно старается заполнить образовавшийся за время существования СССР пробел. Например, всем известно имя Бориса Акунина, но наверное не все знают, что помимо замечательного писателя, Григорий Чхартшвили (так писателя зовут на самом деле) является также и прекрасным ученым-японистом, исследующим именно современную японскую литературу, и, плюс ко всему, отличным переводчиком.
Что касается уже известной стороны сегодняшней литературы Японии, то здесь мы сталкиваемся с самым обычным порядком вещей, таким как, два вида литературы; художественная и массовая (разъяснять, что это значит, думаю, смысла нет), и некоторые писатели своими произведениями "размывающие" границу между ними. И, пожалуй, самым известным таким писателем является Харуки Мураками. Его произведения по своей сути являются классикой чистой воды, однако пользуются невероятной популярностью, как в самой Японии, так и за ее пределами.
Еще одной отличительной чертой современной японской литературы, сближающей ее в какой-то степени с нашей, является наличие в Японии специальных журналов для молодых авторов, где каждый желающий может поместить свое произведение. Почему это сближает Японию с Россией? Да просто кроме Японии подобной практикой пользуемся именно мы, россияне.
Хотелось бы отметить, что ценителям традиционной японской эстетики некоторые произведения могут показаться более чем странными, не японскими. Они вполне могут разочаровать подобного читателя, так как в них показывается Япония совсем не с той романтической стороны, с какой русский человек (тем более, если он не отаку) привык о ней думать. Нет никаких самураев, намеков на дзен и т.д. есть лишь одна жестокая современность.

Полезный сайт.

http://dreams.awarm.net/east/korin.asp - работы Огата Корин

[1] - традиционный лирический жанр, содержание которого - любовные переживания лирического героя
[2] Синтоизм принято разделять на два вида: добуддийиский - то есть тот синтоизм, который был в Японии первоначально, и тот, который стал развиваться уже под влиянием на него буддизма. Правда, буддийским его не принято называть.